Жили-были хорошие ребята. И банда у них получилась хорошая

A+ A-

Как рекламировали «Бригаду» те, кто первым ставил ее в эфир? COLTA.RU поговорила с копирайтерами, работавшими тогда в маркетинговой службе РТР, и выяснила подробности

Эдуард Семенов: Руководителем РТР тогда был Александр Акопов, который сейчас возглавляет «Амедиа», и сериал он заказал задолго до того, как начался ребрендинг канала. В те времена мы столкнулись с тем, что было много зарубежного кино и зарубежных сериалов, «Санта-Барбару» тогда уже вроде не показывали, но… В общем, это был первый качественно сделанный русский сериал — и первый сериал, за который канал тогда получил «ТЭФИ». Несколько смущала тема — история-то про бандитов, — и самая большая проблема была в том, как все это продавать так, чтобы бандитская тема не особо вылезала. Хотя при этом было понятно, что перед нами типичная мафиозная сага, вроде как «Однажды в Америке», и нужно закидывать аллюзии именно в этом направлении. Плюс герои были достаточно обаятельными, хотя они и творили зло. Тоже конфликт — приходилось и это уравновешивать. Бандиты, мафия, девяностые, которые тогда еще не было принято называть лихими, — продавать это кино как правду жизни было бы безумием. Все это нужно было замолчать или преподнести нейтрально.

Кадр из сериала «Бригада»

Андрей Орфани: Приходилось как-то интеллигентно лавировать. Это видно даже по плакату фильма. Там что? Четыре парня в костюмах и девушка в платье невесты. Не совсем логично, но зато обошлись без пистолетов и всего остального. Опять же чистая аллюзия на «Однажды в Америке» — серьезные люди в белых рубашках и черных костюмах.
Семенов: Вот, собственно, первый текст: «Давным-давно. Далеко-далеко. Однажды в России. Они встретились — и поклялись в вечной дружбе».
То есть мы продавали проект как «Однажды в Америке» на русский манер. Причем это не то чтобы наша идея. Она тогда витала в воздухе, впечатление было такое, что ее одновременно несколько человек озвучили в то время. Вот этим «Давным-давно, далеко-далеко» мы намеренно старались историю отстранить.
Хотя, когда два года спустя, в 2004-м, поехали продавать фильм в Канны, там его позиционировали совсем по-другому.

Орфани: Да, среди каннских слоганов есть, на мой взгляд, самый лучший и самый точный: «Romantics. Dreamers. Bandits». Здесь он не пошел. А для Канн вполне сгодился.
Семенов: Но тут он и не мог пойти — тем более на государственном канале. Я уже говорил, что сериал о преступниках, но они реально симпатичные, и с этим надо что-то делать — иначе получилось бы, что канал пропагандирует насилие. История ведь назидательная: в финале герои за свои действия поплатились, зло само себя наказало — с точки зрения морали история правильная. Хотя, чтобы это понять, нужно досмотреть сериал до конца. А так с первого взгляда все выглядело довольно депрессивно — и негативный шлейф преследовал «Бригаду». Помните, была история в прессе: мол, собрались малолетние подростки, ограбили киоск какой-то и назвали себя «бригадой». Но такое ведь и с Фантомасом могло быть. И все это нужно было долго разгребать. Так что мы обходили стороной вопрос о профессиональной принадлежности героев. Хотя, конечно, все обаяние фильма заключается в вещах неправильных с точки зрения этики. То есть все равно красивее всего было, когда они стреляли.
Орфани: Мы на криминал не напирали. Мы вытягивали сагу — историю о людях и их заблуждениях. Обходились самыми минимальными средствами. Нет — криминалу, да — ребятам, которым хотелось чего-то настоящего, своеобразным жертвам своего времени.

Кадр из сериала «Бригада»

Семенов: И при этом — никаких указаний на то, что это конкретно за время! В 2002-м было неполиткорректно говорить, что это сериал о 90-х. Это означало прямо сказать, что тот период — десятилетие разбоя и бандитизма. А вот несколько лет спустя, когда канал его транслировал повторно, мы уже говорили, что это «первое честное кино о 90-х», «лучший сериал о 90-х». И там даже был слоган «Их жизнь могла сложиться иначе, если бы не 90-е». К 2011 году все это окончательно прошло, и на все это можно смотреть нейтрально, без всяких там вспышек гнева. «Бригада» стала восприниматься как историческое кино — картина времени, своего рода летопись. Мы еще дополнительно объясняли, что они — герои потерянного поколения, герои, которые не по своей вине попали между колесиками времени.
Орфани: Хотя насчет важности «Бригады» как своеобразного протокола эпохи… Это отретушированная фотография свадьбы до драки: все трезвые и в костюмах. И кто-то говорит: «Смотри, Володька-то красавец у нас!» — а потом уже началось месилово.
Семенов: Когда людям показывают непричесанную правду — люди себя не узнают. А здесь они (создатели фильма. — Ред.) смогли очистить все так, что зрителю было приятно узнать свое прошлое в том, что он видел. Все было довольно правдоподобно, много было элементарно узнаваемых вещей — и в деталях, и в поступках героев.

Кадр из сериала «Бригада»

Орфани: Консультанты у картины были что надо! Вот герои купили американскую машину, потом пересели на шестисотый, когда поднялись, — так все и делали в те времена.
Семенов: Но в девяностые было и много другого — и даже та реальность, в которой я жил, мои девяностые, была другой! Сейчас, когда время прошло, вся эта бандитская история существует уже немного в другом контексте: воспринимается как неотъемлемая часть общего пейзажа — а тогда она для многих существовала где-то на отшибе.
Орфани: В общем, тема была скользкая. Вот и мы, когда делали к фильму анонсные ролики, обходились без закадра, давали говорить героям — какой с них спрос. А то нам бы приписали чего.
Семенов: Можно было бы сказать прямо: посмотрите фильм о хорошем человеке, который превратился в бандита и ничтожество, в мерзавца и разрушил свою жизнь и жизнь своей семьи. Но моралите не продается. А зло продавать тоже нельзя.

Posted in: кино, сериалы