воскресенье, декабря 16, 2012
Unknown
То, что непременные атрибуты православной
веры – священные книги, иконы – могут воздавать по заслугам, карая и
оберегая, вряд ли подлежит сомнению. Накоплено множество поразительных
фактов, подтверждающих, что это именно так. С тем лишь условием, что
святыни должны быть очень старыми, намоленными. Чтобы их почитали,
берегли как зеницу ока.
Все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудеса
Впрочем, дабы не прослыть голословными, приведём отнюдь не легенды, но реальные события, имевшие место совсем недавно в семьях наших соотечественников.
Живший в Гатчине до кончины в 1985 году участник Великой Отечественной войны, бывший морской пехотинец Анатолий Александрович Михин, был, что называется, голубых кровей. Прапрадед его по мужской линии прогневил родителей тем, что посмел жениться на крепостной девушке, за что лишился графского титула и наследства.
Не имея средств к существованию, посвятил себя служению Богу. Прославился праведными делами, помощью неимущим, за что протоиереем Сергием был награждён драгоценной Библией в кожаном переплёте, украшенном серебром и дарственной надписью. Передавая замечательную книгу из рук в руки, владыка поставил условие вечного владения ею исключительно старшими сыновьями рода. Завет этот неукоснительно исполнялся. В доме Михиных, который ныне скрывают воды искусственного Рыбинского водохранилища, была уникальная библиотека. Сохранить её, в отличие от Библии, не удалось. К тому же перебравшись на другое место жительства, новосёлы её посторонним не показывали.
Но вот умер отец Анатолия Александровича. По традиции, Библия должна была достаться ему. Однако нигде в доме святого фолианта найти не смогли. Михины не знали, что и подумать. Мало-помалу с утратой смирились. Вдруг, три месяца спустя, нагрянула к брату младшая сестра Наталья. На неё страшно было смотреть. Лицо, шею, руки покрывали кровоточащие незаживающие язвы. Сознавшись, что это она, не совладав с соблазном, взяла книгу-реликвию, Наталья покаялась, и была братом прощена. Минули две недели. Домой женщина отправилась абсолютно здоровой. Ни малейших следов пожирающих её язв! А Библия? Она перейдёт к внуку Анатолия Александровича по достижении им совершеннолетия.
Нельзя не сказать о том, что семейная Библия, если можно так выразиться, постоянно отслеживала линию судьбы уважаемого ветерана. Осуществлялось это, как сам он говорил, «путём сновидений». И Михин всегда был предупреждён о том, что произойдёт с ним. За несколько дней до отправки на фронт, например, приснилась ему семейная Библия, а рядом – крошечная старинная иконка-оберег.
Утром мать, Татьяна Фёдоровна, вручила ему точно такую иконку, умоляя всегда держать её при себе. Матери Анатолий Александрович не ослушался. Как-то, обходя береговую линию вместе с другими бойцами, попал под жесточайший артобстрел. Впервые он, атеист, в огненном аду вжавшись в землю, отчаянно взмолился о спасении. И что же? Из пяти его товарищей уцелел только он. С войны тоже вернулся без единой царапины.
Последовала мирная жизнь, сложившаяся вполне удачно. Здоровьем обижен не был, мог бы ещё жить и жить. Однако опять приснилась Библия. Сон оказался пророческим. К тому же имел сверхъестественные сопутствующие обстоятельства. Вот как об этом рассказывает внучка ветерана – Ольга: «За несколько дней до кончины дед сказал бабушке, что пришла его пора умирать. Бабушка прикрикнула на него: «Не говори вздора!» Дед продолжал стоять на своём и рассказал, что ночью к нему приходила смерть. В облике прекрасной девушки в белом. Звала его с собой. Дед отказался подчиниться, возразив, что ещё хочет пожить, и предложил гостье выпить за его здоровье. Смерть предложение приняла, сказав, что по нраву ей только красное вино. Будто знала, что никакого вина в доме отродясь не водилось, потому что дед предпочитал остальным напиткам изумительный бабушкин самогон. Пройдя с девушкой в белом в соседнюю комнату, к широкой столешнице, у которой любил сиживать, дед поставил на неё две пустые рюмки, удивившись тому, что они тут же сами собою наполнились. Дед выпил свою рюмку. Девушка в белом лишь пригубила, а на прощание сказала, что следом за ним из земной жизни вскоре уйдут ещё двое. «Бред какой-то», – пожала плечами бабушка, пошла в соседнюю комнату и вдруг испуганно вскрикнула. Она увидела то, что увидела я, то, что видели другие: две рюмки на столешнице. Одна пустая. Другая полная красного вина.
Вскоре дед умер во сне. Легко. Так умирают праведники. Другие предсказанные кончины были под стать – внезапны, без страданий. Библию, подаренную отцом Сергием, мы бережно храним. Теперь никто из нас, молодых, не сомневается в существовании прямой связи между нашими судьбами и этой древней книгой».
Другая история, тоже развернувшаяся в Гатчине, в «лихие» девяностые, когда шёл передел собственности и начинающих предпринимателей подчас отстреливали конкуренты, имеет отношение к старой иконе Николая Чудотворца. О не слишком давних, жутковатых событиях «чудом уцелевший в жестаких переплётах», ныне преуспевающий бизнесмен Алексей Орешников, фамилия которого из этических соображений изменена, рассказывает со смешанными чувствами суеверного страха и вынужденной веры в то, что такое ему отнюдь не приснилось, а стало частью его биографии: «С интервалом в месяц на пустынной ночной дороге из обреза расстреляли троих моих компаньонов. Всякий раз после того, как было сотворено очередное злодейство, под дверь офиса подбрасывали записки недвусмысленного содержания: «Готовься, ты следующий!».
Откуда дует ветер, каковы претензии ко мне, кто за всем этим стоит, я даже не догадывался. И это было невыносимо. Больше всего я опасался за безопасность жены и детей. Начал подумывать свернуть дело и покинуть город, где вырос, где было много друзей, но хватало и завистников. Решил уехать. Не успел. На минуту отлучился из дома. В окно выстрелили из дробовика. Ранили двоюродного брата, что стоял у открытой балконной двери. Матушка моя – женщина верующая – вынесла из комнаты своей икону, настолько старую, что сквозь чёрный лак почти не было видно того, кто изображён. Матушка сказала: «Положи образ Николая Чудотворца в портфель и всюду носи с собой. Увидишь, как несчастья будут обходить стороной тебя и нас. Ослушаешься, случится беда».
Я подумал, что носить икону не буду, потому что тогда не верил ни в Бога, ни в чёрта. Но, чтобы не расстраивать мать, сделал вид, что с благодарностью принимаю её подарок. В тот же вечер в тёмном переулке отморозок, прикинувшийся пьяным и попросивший закурить, несколько раз ткнул меня ножницами. Хирурги вытащили с того света. Теперь я, не раздумывая, положил икону в портфель.
Ножницами меня ударили 13 марта. Месяц спустя, день в день, кажется, тот же субъект предпринял новую попытку нападения. Если бы я не закрыл грудь портфелем, то не жил бы. Потом я прикинул, что удар острым предметом пришёлся в область сердца. Задержала нож или ножницы тыльная сторона доски иконы. Поразило меня, что икона как бы просветлела ликом, заиграла красками. Она стала новой, словно вчера вышедшей из-под кисти. Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя».
И это действительно было так. Дважды после этого в меня стреляли почти в упор. Дважды промахивались, когда промахнуться было невозможно. Потом у начальника нашей охраны сгорел дом. Я дал ему денег на новостройку. И этот дюжий мужик вдруг залился слезами, начал просить прощения, мол, беды со мной – не без его участия. Я поинтересовался, кто меня заказал. Ответ потряс. Мой школьный товарищ, которому я доверял как себе самому. Я отправился не мстить, а просто посмотреть в глаза. Успел точно к похоронам. Оказывается того, кого считал другом, накануне подельник зарезал в пьяной драке.
Что касается матушкиной иконы, она висит в моём офисе. Я часто бываю в церкви, вношу пожертвования, чего раньше никогда не делал. Дела неплохо идут. Все, слава Богу, живы, целы. Раскаявшийся охранник всегда при мне, стал моей надёжной опорой.
Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя»
Толковать спасительный феномен намоленных святынь – старых храмов, Библий, икон – пытались многие мудрецы. Представляется, что ближе других от истины находился выдающийся российский учёный и религиозный философ П.А. Флоренский (1882-1937). Он, на основе экспериментальной, теоретической физики и математики, разработал концепцию так называемой конкретной метафизики. В ней утверждается, что все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудеса, вполне доступные рациональному толкованию и постижению разумом человека. Но, чтобы они «работали во благо», надо искренне верить.
Александр Володев
Все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудесаВпрочем, дабы не прослыть голословными, приведём отнюдь не легенды, но реальные события, имевшие место совсем недавно в семьях наших соотечественников.
Живший в Гатчине до кончины в 1985 году участник Великой Отечественной войны, бывший морской пехотинец Анатолий Александрович Михин, был, что называется, голубых кровей. Прапрадед его по мужской линии прогневил родителей тем, что посмел жениться на крепостной девушке, за что лишился графского титула и наследства.
Не имея средств к существованию, посвятил себя служению Богу. Прославился праведными делами, помощью неимущим, за что протоиереем Сергием был награждён драгоценной Библией в кожаном переплёте, украшенном серебром и дарственной надписью. Передавая замечательную книгу из рук в руки, владыка поставил условие вечного владения ею исключительно старшими сыновьями рода. Завет этот неукоснительно исполнялся. В доме Михиных, который ныне скрывают воды искусственного Рыбинского водохранилища, была уникальная библиотека. Сохранить её, в отличие от Библии, не удалось. К тому же перебравшись на другое место жительства, новосёлы её посторонним не показывали.
Но вот умер отец Анатолия Александровича. По традиции, Библия должна была достаться ему. Однако нигде в доме святого фолианта найти не смогли. Михины не знали, что и подумать. Мало-помалу с утратой смирились. Вдруг, три месяца спустя, нагрянула к брату младшая сестра Наталья. На неё страшно было смотреть. Лицо, шею, руки покрывали кровоточащие незаживающие язвы. Сознавшись, что это она, не совладав с соблазном, взяла книгу-реликвию, Наталья покаялась, и была братом прощена. Минули две недели. Домой женщина отправилась абсолютно здоровой. Ни малейших следов пожирающих её язв! А Библия? Она перейдёт к внуку Анатолия Александровича по достижении им совершеннолетия.
Нельзя не сказать о том, что семейная Библия, если можно так выразиться, постоянно отслеживала линию судьбы уважаемого ветерана. Осуществлялось это, как сам он говорил, «путём сновидений». И Михин всегда был предупреждён о том, что произойдёт с ним. За несколько дней до отправки на фронт, например, приснилась ему семейная Библия, а рядом – крошечная старинная иконка-оберег.
Утром мать, Татьяна Фёдоровна, вручила ему точно такую иконку, умоляя всегда держать её при себе. Матери Анатолий Александрович не ослушался. Как-то, обходя береговую линию вместе с другими бойцами, попал под жесточайший артобстрел. Впервые он, атеист, в огненном аду вжавшись в землю, отчаянно взмолился о спасении. И что же? Из пяти его товарищей уцелел только он. С войны тоже вернулся без единой царапины.
Последовала мирная жизнь, сложившаяся вполне удачно. Здоровьем обижен не был, мог бы ещё жить и жить. Однако опять приснилась Библия. Сон оказался пророческим. К тому же имел сверхъестественные сопутствующие обстоятельства. Вот как об этом рассказывает внучка ветерана – Ольга: «За несколько дней до кончины дед сказал бабушке, что пришла его пора умирать. Бабушка прикрикнула на него: «Не говори вздора!» Дед продолжал стоять на своём и рассказал, что ночью к нему приходила смерть. В облике прекрасной девушки в белом. Звала его с собой. Дед отказался подчиниться, возразив, что ещё хочет пожить, и предложил гостье выпить за его здоровье. Смерть предложение приняла, сказав, что по нраву ей только красное вино. Будто знала, что никакого вина в доме отродясь не водилось, потому что дед предпочитал остальным напиткам изумительный бабушкин самогон. Пройдя с девушкой в белом в соседнюю комнату, к широкой столешнице, у которой любил сиживать, дед поставил на неё две пустые рюмки, удивившись тому, что они тут же сами собою наполнились. Дед выпил свою рюмку. Девушка в белом лишь пригубила, а на прощание сказала, что следом за ним из земной жизни вскоре уйдут ещё двое. «Бред какой-то», – пожала плечами бабушка, пошла в соседнюю комнату и вдруг испуганно вскрикнула. Она увидела то, что увидела я, то, что видели другие: две рюмки на столешнице. Одна пустая. Другая полная красного вина.
Вскоре дед умер во сне. Легко. Так умирают праведники. Другие предсказанные кончины были под стать – внезапны, без страданий. Библию, подаренную отцом Сергием, мы бережно храним. Теперь никто из нас, молодых, не сомневается в существовании прямой связи между нашими судьбами и этой древней книгой».
Другая история, тоже развернувшаяся в Гатчине, в «лихие» девяностые, когда шёл передел собственности и начинающих предпринимателей подчас отстреливали конкуренты, имеет отношение к старой иконе Николая Чудотворца. О не слишком давних, жутковатых событиях «чудом уцелевший в жестаких переплётах», ныне преуспевающий бизнесмен Алексей Орешников, фамилия которого из этических соображений изменена, рассказывает со смешанными чувствами суеверного страха и вынужденной веры в то, что такое ему отнюдь не приснилось, а стало частью его биографии: «С интервалом в месяц на пустынной ночной дороге из обреза расстреляли троих моих компаньонов. Всякий раз после того, как было сотворено очередное злодейство, под дверь офиса подбрасывали записки недвусмысленного содержания: «Готовься, ты следующий!».
Откуда дует ветер, каковы претензии ко мне, кто за всем этим стоит, я даже не догадывался. И это было невыносимо. Больше всего я опасался за безопасность жены и детей. Начал подумывать свернуть дело и покинуть город, где вырос, где было много друзей, но хватало и завистников. Решил уехать. Не успел. На минуту отлучился из дома. В окно выстрелили из дробовика. Ранили двоюродного брата, что стоял у открытой балконной двери. Матушка моя – женщина верующая – вынесла из комнаты своей икону, настолько старую, что сквозь чёрный лак почти не было видно того, кто изображён. Матушка сказала: «Положи образ Николая Чудотворца в портфель и всюду носи с собой. Увидишь, как несчастья будут обходить стороной тебя и нас. Ослушаешься, случится беда».
Я подумал, что носить икону не буду, потому что тогда не верил ни в Бога, ни в чёрта. Но, чтобы не расстраивать мать, сделал вид, что с благодарностью принимаю её подарок. В тот же вечер в тёмном переулке отморозок, прикинувшийся пьяным и попросивший закурить, несколько раз ткнул меня ножницами. Хирурги вытащили с того света. Теперь я, не раздумывая, положил икону в портфель.
Ножницами меня ударили 13 марта. Месяц спустя, день в день, кажется, тот же субъект предпринял новую попытку нападения. Если бы я не закрыл грудь портфелем, то не жил бы. Потом я прикинул, что удар острым предметом пришёлся в область сердца. Задержала нож или ножницы тыльная сторона доски иконы. Поразило меня, что икона как бы просветлела ликом, заиграла красками. Она стала новой, словно вчера вышедшей из-под кисти. Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя».
И это действительно было так. Дважды после этого в меня стреляли почти в упор. Дважды промахивались, когда промахнуться было невозможно. Потом у начальника нашей охраны сгорел дом. Я дал ему денег на новостройку. И этот дюжий мужик вдруг залился слезами, начал просить прощения, мол, беды со мной – не без его участия. Я поинтересовался, кто меня заказал. Ответ потряс. Мой школьный товарищ, которому я доверял как себе самому. Я отправился не мстить, а просто посмотреть в глаза. Успел точно к похоронам. Оказывается того, кого считал другом, накануне подельник зарезал в пьяной драке.
Что касается матушкиной иконы, она висит в моём офисе. Я часто бываю в церкви, вношу пожертвования, чего раньше никогда не делал. Дела неплохо идут. Все, слава Богу, живы, целы. Раскаявшийся охранник всегда при мне, стал моей надёжной опорой.
Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя»
Толковать спасительный феномен намоленных святынь – старых храмов, Библий, икон – пытались многие мудрецы. Представляется, что ближе других от истины находился выдающийся российский учёный и религиозный философ П.А. Флоренский (1882-1937). Он, на основе экспериментальной, теоретической физики и математики, разработал концепцию так называемой конкретной метафизики. В ней утверждается, что все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудеса, вполне доступные рациональному толкованию и постижению разумом человека. Но, чтобы они «работали во благо», надо искренне верить.
Александр Володев
Источник: www.ufolog.ru
То, что непременные атрибуты православной
веры – священные книги, иконы – могут воздавать по заслугам, карая и
оберегая, вряд ли подлежит сомнению. Накоплено множество поразительных
фактов, подтверждающих, что это именно так. С тем лишь условием, что
святыни должны быть очень старыми, намоленными. Чтобы их почитали,
берегли как зеницу ока.
Все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудеса
Впрочем, дабы не прослыть голословными, приведём отнюдь не легенды, но реальные события, имевшие место совсем недавно в семьях наших соотечественников.
Живший в Гатчине до кончины в 1985 году участник Великой Отечественной войны, бывший морской пехотинец Анатолий Александрович Михин, был, что называется, голубых кровей. Прапрадед его по мужской линии прогневил родителей тем, что посмел жениться на крепостной девушке, за что лишился графского титула и наследства.
Не имея средств к существованию, посвятил себя служению Богу. Прославился праведными делами, помощью неимущим, за что протоиереем Сергием был награждён драгоценной Библией в кожаном переплёте, украшенном серебром и дарственной надписью. Передавая замечательную книгу из рук в руки, владыка поставил условие вечного владения ею исключительно старшими сыновьями рода. Завет этот неукоснительно исполнялся. В доме Михиных, который ныне скрывают воды искусственного Рыбинского водохранилища, была уникальная библиотека. Сохранить её, в отличие от Библии, не удалось. К тому же перебравшись на другое место жительства, новосёлы её посторонним не показывали.
Но вот умер отец Анатолия Александровича. По традиции, Библия должна была достаться ему. Однако нигде в доме святого фолианта найти не смогли. Михины не знали, что и подумать. Мало-помалу с утратой смирились. Вдруг, три месяца спустя, нагрянула к брату младшая сестра Наталья. На неё страшно было смотреть. Лицо, шею, руки покрывали кровоточащие незаживающие язвы. Сознавшись, что это она, не совладав с соблазном, взяла книгу-реликвию, Наталья покаялась, и была братом прощена. Минули две недели. Домой женщина отправилась абсолютно здоровой. Ни малейших следов пожирающих её язв! А Библия? Она перейдёт к внуку Анатолия Александровича по достижении им совершеннолетия.
Нельзя не сказать о том, что семейная Библия, если можно так выразиться, постоянно отслеживала линию судьбы уважаемого ветерана. Осуществлялось это, как сам он говорил, «путём сновидений». И Михин всегда был предупреждён о том, что произойдёт с ним. За несколько дней до отправки на фронт, например, приснилась ему семейная Библия, а рядом – крошечная старинная иконка-оберег.
Утром мать, Татьяна Фёдоровна, вручила ему точно такую иконку, умоляя всегда держать её при себе. Матери Анатолий Александрович не ослушался. Как-то, обходя береговую линию вместе с другими бойцами, попал под жесточайший артобстрел. Впервые он, атеист, в огненном аду вжавшись в землю, отчаянно взмолился о спасении. И что же? Из пяти его товарищей уцелел только он. С войны тоже вернулся без единой царапины.
Последовала мирная жизнь, сложившаяся вполне удачно. Здоровьем обижен не был, мог бы ещё жить и жить. Однако опять приснилась Библия. Сон оказался пророческим. К тому же имел сверхъестественные сопутствующие обстоятельства. Вот как об этом рассказывает внучка ветерана – Ольга: «За несколько дней до кончины дед сказал бабушке, что пришла его пора умирать. Бабушка прикрикнула на него: «Не говори вздора!» Дед продолжал стоять на своём и рассказал, что ночью к нему приходила смерть. В облике прекрасной девушки в белом. Звала его с собой. Дед отказался подчиниться, возразив, что ещё хочет пожить, и предложил гостье выпить за его здоровье. Смерть предложение приняла, сказав, что по нраву ей только красное вино. Будто знала, что никакого вина в доме отродясь не водилось, потому что дед предпочитал остальным напиткам изумительный бабушкин самогон. Пройдя с девушкой в белом в соседнюю комнату, к широкой столешнице, у которой любил сиживать, дед поставил на неё две пустые рюмки, удивившись тому, что они тут же сами собою наполнились. Дед выпил свою рюмку. Девушка в белом лишь пригубила, а на прощание сказала, что следом за ним из земной жизни вскоре уйдут ещё двое. «Бред какой-то», – пожала плечами бабушка, пошла в соседнюю комнату и вдруг испуганно вскрикнула. Она увидела то, что увидела я, то, что видели другие: две рюмки на столешнице. Одна пустая. Другая полная красного вина.
Вскоре дед умер во сне. Легко. Так умирают праведники. Другие предсказанные кончины были под стать – внезапны, без страданий. Библию, подаренную отцом Сергием, мы бережно храним. Теперь никто из нас, молодых, не сомневается в существовании прямой связи между нашими судьбами и этой древней книгой».
Другая история, тоже развернувшаяся в Гатчине, в «лихие» девяностые, когда шёл передел собственности и начинающих предпринимателей подчас отстреливали конкуренты, имеет отношение к старой иконе Николая Чудотворца. О не слишком давних, жутковатых событиях «чудом уцелевший в жестаких переплётах», ныне преуспевающий бизнесмен Алексей Орешников, фамилия которого из этических соображений изменена, рассказывает со смешанными чувствами суеверного страха и вынужденной веры в то, что такое ему отнюдь не приснилось, а стало частью его биографии: «С интервалом в месяц на пустынной ночной дороге из обреза расстреляли троих моих компаньонов. Всякий раз после того, как было сотворено очередное злодейство, под дверь офиса подбрасывали записки недвусмысленного содержания: «Готовься, ты следующий!».
Откуда дует ветер, каковы претензии ко мне, кто за всем этим стоит, я даже не догадывался. И это было невыносимо. Больше всего я опасался за безопасность жены и детей. Начал подумывать свернуть дело и покинуть город, где вырос, где было много друзей, но хватало и завистников. Решил уехать. Не успел. На минуту отлучился из дома. В окно выстрелили из дробовика. Ранили двоюродного брата, что стоял у открытой балконной двери. Матушка моя – женщина верующая – вынесла из комнаты своей икону, настолько старую, что сквозь чёрный лак почти не было видно того, кто изображён. Матушка сказала: «Положи образ Николая Чудотворца в портфель и всюду носи с собой. Увидишь, как несчастья будут обходить стороной тебя и нас. Ослушаешься, случится беда».
Я подумал, что носить икону не буду, потому что тогда не верил ни в Бога, ни в чёрта. Но, чтобы не расстраивать мать, сделал вид, что с благодарностью принимаю её подарок. В тот же вечер в тёмном переулке отморозок, прикинувшийся пьяным и попросивший закурить, несколько раз ткнул меня ножницами. Хирурги вытащили с того света. Теперь я, не раздумывая, положил икону в портфель.
Ножницами меня ударили 13 марта. Месяц спустя, день в день, кажется, тот же субъект предпринял новую попытку нападения. Если бы я не закрыл грудь портфелем, то не жил бы. Потом я прикинул, что удар острым предметом пришёлся в область сердца. Задержала нож или ножницы тыльная сторона доски иконы. Поразило меня, что икона как бы просветлела ликом, заиграла красками. Она стала новой, словно вчера вышедшей из-под кисти. Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя».
И это действительно было так. Дважды после этого в меня стреляли почти в упор. Дважды промахивались, когда промахнуться было невозможно. Потом у начальника нашей охраны сгорел дом. Я дал ему денег на новостройку. И этот дюжий мужик вдруг залился слезами, начал просить прощения, мол, беды со мной – не без его участия. Я поинтересовался, кто меня заказал. Ответ потряс. Мой школьный товарищ, которому я доверял как себе самому. Я отправился не мстить, а просто посмотреть в глаза. Успел точно к похоронам. Оказывается того, кого считал другом, накануне подельник зарезал в пьяной драке.
Что касается матушкиной иконы, она висит в моём офисе. Я часто бываю в церкви, вношу пожертвования, чего раньше никогда не делал. Дела неплохо идут. Все, слава Богу, живы, целы. Раскаявшийся охранник всегда при мне, стал моей надёжной опорой.
Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя»
Толковать спасительный феномен намоленных святынь – старых храмов, Библий, икон – пытались многие мудрецы. Представляется, что ближе других от истины находился выдающийся российский учёный и религиозный философ П.А. Флоренский (1882-1937). Он, на основе экспериментальной, теоретической физики и математики, разработал концепцию так называемой конкретной метафизики. В ней утверждается, что все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудеса, вполне доступные рациональному толкованию и постижению разумом человека. Но, чтобы они «работали во благо», надо искренне верить.
Александр Володев
Все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудесаВпрочем, дабы не прослыть голословными, приведём отнюдь не легенды, но реальные события, имевшие место совсем недавно в семьях наших соотечественников.
Живший в Гатчине до кончины в 1985 году участник Великой Отечественной войны, бывший морской пехотинец Анатолий Александрович Михин, был, что называется, голубых кровей. Прапрадед его по мужской линии прогневил родителей тем, что посмел жениться на крепостной девушке, за что лишился графского титула и наследства.
Не имея средств к существованию, посвятил себя служению Богу. Прославился праведными делами, помощью неимущим, за что протоиереем Сергием был награждён драгоценной Библией в кожаном переплёте, украшенном серебром и дарственной надписью. Передавая замечательную книгу из рук в руки, владыка поставил условие вечного владения ею исключительно старшими сыновьями рода. Завет этот неукоснительно исполнялся. В доме Михиных, который ныне скрывают воды искусственного Рыбинского водохранилища, была уникальная библиотека. Сохранить её, в отличие от Библии, не удалось. К тому же перебравшись на другое место жительства, новосёлы её посторонним не показывали.
Но вот умер отец Анатолия Александровича. По традиции, Библия должна была достаться ему. Однако нигде в доме святого фолианта найти не смогли. Михины не знали, что и подумать. Мало-помалу с утратой смирились. Вдруг, три месяца спустя, нагрянула к брату младшая сестра Наталья. На неё страшно было смотреть. Лицо, шею, руки покрывали кровоточащие незаживающие язвы. Сознавшись, что это она, не совладав с соблазном, взяла книгу-реликвию, Наталья покаялась, и была братом прощена. Минули две недели. Домой женщина отправилась абсолютно здоровой. Ни малейших следов пожирающих её язв! А Библия? Она перейдёт к внуку Анатолия Александровича по достижении им совершеннолетия.
Нельзя не сказать о том, что семейная Библия, если можно так выразиться, постоянно отслеживала линию судьбы уважаемого ветерана. Осуществлялось это, как сам он говорил, «путём сновидений». И Михин всегда был предупреждён о том, что произойдёт с ним. За несколько дней до отправки на фронт, например, приснилась ему семейная Библия, а рядом – крошечная старинная иконка-оберег.
Утром мать, Татьяна Фёдоровна, вручила ему точно такую иконку, умоляя всегда держать её при себе. Матери Анатолий Александрович не ослушался. Как-то, обходя береговую линию вместе с другими бойцами, попал под жесточайший артобстрел. Впервые он, атеист, в огненном аду вжавшись в землю, отчаянно взмолился о спасении. И что же? Из пяти его товарищей уцелел только он. С войны тоже вернулся без единой царапины.
Последовала мирная жизнь, сложившаяся вполне удачно. Здоровьем обижен не был, мог бы ещё жить и жить. Однако опять приснилась Библия. Сон оказался пророческим. К тому же имел сверхъестественные сопутствующие обстоятельства. Вот как об этом рассказывает внучка ветерана – Ольга: «За несколько дней до кончины дед сказал бабушке, что пришла его пора умирать. Бабушка прикрикнула на него: «Не говори вздора!» Дед продолжал стоять на своём и рассказал, что ночью к нему приходила смерть. В облике прекрасной девушки в белом. Звала его с собой. Дед отказался подчиниться, возразив, что ещё хочет пожить, и предложил гостье выпить за его здоровье. Смерть предложение приняла, сказав, что по нраву ей только красное вино. Будто знала, что никакого вина в доме отродясь не водилось, потому что дед предпочитал остальным напиткам изумительный бабушкин самогон. Пройдя с девушкой в белом в соседнюю комнату, к широкой столешнице, у которой любил сиживать, дед поставил на неё две пустые рюмки, удивившись тому, что они тут же сами собою наполнились. Дед выпил свою рюмку. Девушка в белом лишь пригубила, а на прощание сказала, что следом за ним из земной жизни вскоре уйдут ещё двое. «Бред какой-то», – пожала плечами бабушка, пошла в соседнюю комнату и вдруг испуганно вскрикнула. Она увидела то, что увидела я, то, что видели другие: две рюмки на столешнице. Одна пустая. Другая полная красного вина.
Вскоре дед умер во сне. Легко. Так умирают праведники. Другие предсказанные кончины были под стать – внезапны, без страданий. Библию, подаренную отцом Сергием, мы бережно храним. Теперь никто из нас, молодых, не сомневается в существовании прямой связи между нашими судьбами и этой древней книгой».
Другая история, тоже развернувшаяся в Гатчине, в «лихие» девяностые, когда шёл передел собственности и начинающих предпринимателей подчас отстреливали конкуренты, имеет отношение к старой иконе Николая Чудотворца. О не слишком давних, жутковатых событиях «чудом уцелевший в жестаких переплётах», ныне преуспевающий бизнесмен Алексей Орешников, фамилия которого из этических соображений изменена, рассказывает со смешанными чувствами суеверного страха и вынужденной веры в то, что такое ему отнюдь не приснилось, а стало частью его биографии: «С интервалом в месяц на пустынной ночной дороге из обреза расстреляли троих моих компаньонов. Всякий раз после того, как было сотворено очередное злодейство, под дверь офиса подбрасывали записки недвусмысленного содержания: «Готовься, ты следующий!».
Откуда дует ветер, каковы претензии ко мне, кто за всем этим стоит, я даже не догадывался. И это было невыносимо. Больше всего я опасался за безопасность жены и детей. Начал подумывать свернуть дело и покинуть город, где вырос, где было много друзей, но хватало и завистников. Решил уехать. Не успел. На минуту отлучился из дома. В окно выстрелили из дробовика. Ранили двоюродного брата, что стоял у открытой балконной двери. Матушка моя – женщина верующая – вынесла из комнаты своей икону, настолько старую, что сквозь чёрный лак почти не было видно того, кто изображён. Матушка сказала: «Положи образ Николая Чудотворца в портфель и всюду носи с собой. Увидишь, как несчастья будут обходить стороной тебя и нас. Ослушаешься, случится беда».
Я подумал, что носить икону не буду, потому что тогда не верил ни в Бога, ни в чёрта. Но, чтобы не расстраивать мать, сделал вид, что с благодарностью принимаю её подарок. В тот же вечер в тёмном переулке отморозок, прикинувшийся пьяным и попросивший закурить, несколько раз ткнул меня ножницами. Хирурги вытащили с того света. Теперь я, не раздумывая, положил икону в портфель.
Ножницами меня ударили 13 марта. Месяц спустя, день в день, кажется, тот же субъект предпринял новую попытку нападения. Если бы я не закрыл грудь портфелем, то не жил бы. Потом я прикинул, что удар острым предметом пришёлся в область сердца. Задержала нож или ножницы тыльная сторона доски иконы. Поразило меня, что икона как бы просветлела ликом, заиграла красками. Она стала новой, словно вчера вышедшей из-под кисти. Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя».
И это действительно было так. Дважды после этого в меня стреляли почти в упор. Дважды промахивались, когда промахнуться было невозможно. Потом у начальника нашей охраны сгорел дом. Я дал ему денег на новостройку. И этот дюжий мужик вдруг залился слезами, начал просить прощения, мол, беды со мной – не без его участия. Я поинтересовался, кто меня заказал. Ответ потряс. Мой школьный товарищ, которому я доверял как себе самому. Я отправился не мстить, а просто посмотреть в глаза. Успел точно к похоронам. Оказывается того, кого считал другом, накануне подельник зарезал в пьяной драке.
Что касается матушкиной иконы, она висит в моём офисе. Я часто бываю в церкви, вношу пожертвования, чего раньше никогда не делал. Дела неплохо идут. Все, слава Богу, живы, целы. Раскаявшийся охранник всегда при мне, стал моей надёжной опорой.
Матушка ничуть не удивилась. Только молвила: «Господь защищает тебя»
Толковать спасительный феномен намоленных святынь – старых храмов, Библий, икон – пытались многие мудрецы. Представляется, что ближе других от истины находился выдающийся российский учёный и религиозный философ П.А. Флоренский (1882-1937). Он, на основе экспериментальной, теоретической физики и математики, разработал концепцию так называемой конкретной метафизики. В ней утверждается, что все атрибуты православного поклонения несут на себе отпечаток сверхличности Творца, промысла Божьего, потому и творят чудеса, вполне доступные рациональному толкованию и постижению разумом человека. Но, чтобы они «работали во благо», надо искренне верить.
Александр Володев
Источник: www.ufolog.ru
