В сентябре 1941 года, началась битва за Москву. Но германские самолеты появились в московском небе намного раньше – в ночь с 21 на 22 июля. Понятно, что главной целью для вражеской авиации было самое сердце советской столицы – Кремль. И каково же было удивление немецких летчиков, когда ни Кремля, ни Мавзолея, ни Красной площади они не обнаружили!
Казалось бы, куда могли исчезнуть 27,5 гектара территории, причем обнесенной высокими стенами и повсюду сверкающей золотыми куполами? К тому же Кремль с высоты выглядит неправильным треугольником и является отличным ориентиром для пилотов. А ведь, как оказалось, никакой мистики тут нет…
Фантастический план
Гитлеровцы вторглись на территорию Советского государства 22 июня. Было ясно, что очень скоро тучи вражеских бомбардировщиков рванутся к Москве, а потому уже к середине июля Москву окружили плотным кольцом ПВО, а также привели в боевую готовность авиацию. Несмотря на это, командование понимало, что на все 100 процентов отразить воздушные атаки не удастся: кое-какие самолеты все же прорвутся к столице. Для защиты населения подготовили бомбоубежища, обеспечили светомаскировку зданий и транспорта. Но как быть с важными стратегическими объектами, заводами, памятниками архитектуры, а также с Мавзолеем и Кремлем – символами страны? Как не допустить их разрушения?
Выход нашла группа архитекторов под руководством Бориса Михайловича Иофана. Он предложил попросту замаскировать Кремль, прилегающие к нему территории, да и остальные наиболее ценные объекты. Проект по тем временам выглядел просто фантастическим! Но размышлять было некогда – войска армий группы «Центр» рвались к Москве, и командованию пришлось согласиться. В архиве сохранилась секретная записка от 26 июня 1941 года, в которой комендант Кремля генерал-майор Николай Спиридонов рекомендует Лаврентию Берии немедленно приступить к реализации плана Бориса Иофана.
Стену и башни замаскировали под жилые дома
Москва не златоглавая
Рассказывая о маскировке Кремля, невольно вспомнишь старый анекдот: «Пока враг разрабатывает стратегию наступления, советские солдаты вручную изменяют окружающий ландшафт и тем самым вводят противника в заблуждение». Именно этим и занялись наши военные. Разработку проекта группа Иофана завершила к 14 июля. Предлагалось два варианта «исчезновения» Кремля: плоскостная и ложная маскировка. Первая предусматривала перекраску зданий и скрытие их наиболее приметных элементов. Москвичи тут же взялись за работу: все старинные здания стилизовали под обычные дома, закрасили зеленые крыши, нанесли темную краску на позолоченные купола, сняли кресты, зачехлили звезды на башнях. На кремлевских стенах нарисовали окна и двери, а зубцы покрыли фанерой, сымитировав крыши домов. Все это осуществляли специально выделенные от каждого полка подразделения. На наиболее высоких зданиях, таких как колокольня Ивана Великого, работали альпинисты. Во время перекраски особо важных и ценных сооружений обязательно присутствовали архитекторы.
По второму варианту маскировки нужно было с помощью ложных объектов до неузнаваемости изменить планировку московских улиц. По всей Москве, и в особенности в окрестностях Кремля, появились здания-призраки, которыми «застроили» все площади и парки. Силуэты многих сооружений изменяли маскировочными сетками. Повсюду протянулись до этого не существующие дороги, а настоящие разрисовали так, чтобы сверху были видны «крыши домов». Так с воздуха выглядела и Красная площадь. А через Москву-реку перекинулся ложный мост.
Кстати, несмотря на то что Мавзолей тоже стал «обычным городским зданием» – над ним вырос фанерный двухэтажный домик, – чтобы полностью уничтожить место упокоения вождя мирового пролетариата, достаточно было бы одного попадания бомбы. А потому еще 3 июля тело Ленина специальным поездом отправили в Тюмень. Обратно Ильич вернулся лишь 28 марта 1945 года.
Б.М. Иофан. Его план маскировки спас Москву от разрушения
Первый налет
Закончить маскировку до бомбардировок не успели. Первый налет случился в ночь с 21 на 22 июля – ровно через месяц после начала войны. Около 10 часов вечера 220 самолетов люфтваффе (германских военно-воздушных сил) появились со стороны Смоленска. Пилотировали их профессиональные летчики, получившие опыт прорыва через ПВО еще во время бомбардировок городов Западной Европы. Правда, пробиться к Москве оказалось гораздо сложнее – сквозь советский противовоздушный заслон удалось пройти лишь нескольким машинам. О том, что маскировка сработала, говорит такой факт: на территорию Кремля упало лишь несколько бомб, да и то не причинивших серьезных повреждений. Лишь один 250-килограммовый фугас угодил в Большой Кремлевский дворец – бомба пробила крышу и потолочное перекрытие Георгиевского зала, ударилась об пол, но не взорвалась. Всего же в Москве за время этого пятичасового налета рухнуло 37 зданий.
Убедившись в эффективности плана Иофана, командование постаралось как можно быстрее закончить маскировку. Уже 29 июля майор госбезопасности Н.С. Шпигов взлетел над Москвой на самолете «Дуглас» и, осмотрев территорию с высоты тысячи метров, остался доволен результатом.
С высоты тысячи метров город выглядел совершенно иначе
Бой вслепую
Начиная с 22 июля, бомбардировки стали регулярными. Фашистские самолеты появлялись над Москвой, едва опускались сумерки, и бомбили до пяти-шести часов утра. Порой за одну ночь случалось по четыре-пять налетов. Из-за мощной противовоздушной обороны немцы не решались на дневные атаки, а в ночных условиях «перестроенная» Москва совершенно сбивала их с толку. Бомбардировщики обычно двигались двумя волнами: первая сбрасывала зажигательные бомбы, а вторая – фугасные, целясь по освещенным первыми объектам. Понятно, что при такой видимости сложно определить, где настоящая цель, а где нет. Конечно, летчики приспособились отличать кое-какие муляжи (например, нарисованные здания, в отличие от реальных, не отбрасывают тени). Но осветительные бомбы сбивались специально установленными для этого малокалиберными зенитными орудиями и пулеметами, пилотов слепили лучи прожекторов, пикировать приходилось под шквальным зенитным огнем, что делало воздушные атаки еще сложнее. Так что большинство бомб сбрасывалось беспорядочно, а многие прицельные удары наносились по «призракам». Например, некоторые ложные объекты москвичи специально подсвечивали, создавая эффект ухудшенной светомаскировки, и немецкие бомбы летели именно туда.
Маскировка Большого театра
Парад в уцелевшей столице
Конечно, основная заслуга в отражении гитлеровских авианалетов принадлежит именно блестяще организованной противовоздушной обороне. Из 8600 бомбардировщиков, посланных на советскую столицу, цели достигло менее трех процентов, а 1392 самолета были уничтожены истребителями и зенитками. И все же, 234 бомбардировщика смогли прорваться к Москве и сбросить 1610 фугасных бомб и около 100 тысяч зажигательных. Вот тут и помогла маскировка: примерно треть этого смертоносного груза попала в ложные цели. За девять месяцев бомбежек – с июля 1941-го по апрель 1942 года – пострадало лишь 19 небольших предприятий, а также 227 зданий (жилые дома, больницы, школы, театры). Если бы не план Иофана, разрушений было бы в разы больше. За войну Москву бомбили 141 раз, из них Кремль – восемь, да и то не причинив значительных повреждений.
Правда, в 1945-м у кремлевской комендатуры возникла серьезная проблема, как сделать Москву снова златоглавой, ведь за четыре года краска въелась в купола. Зато Парад Победы проходил в почти не пострадавшей Москве.
Парад на Красной площади 7 ноября 1941 года
Приложение
Постановление ГКО "О создании службы маскировки при Московском совете"
№ 73 с. 9 июля 1941 г.
1. Разрешить Московскому совету создать из архитекторов и художников службу маскировки наиболее важных объектов г. Москвы. Оплату работы этой службы произвести за счет бюджета Московского совета.
2. Обязать службу маскировки Московского совета обеспечить маскировку таких объектов, как оборонные заводы, водопроводные станции, Кремль, Центральный телеграф, нефтехранилища и городские мосты.
3. Обязать соответствующие наркоматы провести все необходимые работы по маскировке своих объектов по указаниям службы маскировки при Московском совете. Разрешить наркоматам и ведомствам тратить средства за счет общих капиталовложений на маскировку своих объектов.
4. Обязать Наркомат химической промышленности — т. Денисова выделить по заявке Московского совета необходимое количество красок для маскировки военных объектов.
5. Обязать Наркомат обороны оказать полное содействие службе маскировки в проведении маскировочных работ на важнейших объектах г. Москвы.
Зам. Председателя Государственного Комитета Обороны В. Молотов
Первую воздушную тревогу в Москве пришлось объявить уже на третий день войны. Но в начале немецкие асы летали только на разведку. Кстати, для ориентировки шофёров в тёмное время суток на стенах в арках Спасских, Боровицких и Арсенальных ворот краской были нарисованы белые полосы. Через неделю после начала войны перестали играть куранты на Спасской башне. К середине июля в кремлёвских зданиях закончили оклейку окон полосками материи крест-накрест.
Уже рассекречена переписка коменданта Кремля Спиридонова и Берии. В своем рапорте от 26 июня 1941 года комендант предложил два варианта маскировки Московского Кремля. Первый предусматривал снятие крестов, уничтожение блеска позолоченных глав кремлевских соборов. Крыши и открытые фасады всех кремлевских зданий планировалось перекрасить таким образом, чтобы они выглядели как обычные дома. Второй вариант отличается от него тем, что ложные городские кварталы должны были устраивать комбинацией различных макетов и через Москву-реку для дезориентирования наблюдателя противника устраивается ложный мост.
“Маскировка, — писал Спиридонов, — затруднит противнику при подлете отыскание Кремля на фоне Москвы и уменьшит возможность прицельного бомбометания с пикирования по отдельным зданиям Кремля”. 14 июля был готов проект, в котором использовали элементы обоих вариантов маскировок. И уже 29 июля с самолета “Дуглас” замаскированный Кремль осмотрели советские чекисты во главе с майором госбезопасности Шпиговым и вынесли свой вердикт: “Окраска кремлевских стен и фасадов кремлевских зданий под перспективу города дает положительные результаты. Немаскированные здания (корпус №1, Большой Кремлевский дворец, Иван Великий и пр.) резко выделяются и подлежат обязательной перекраске... Резко демаскирует Кремль Александровский сад, который необходимо застроить макетами, разрезать дорогами и тем самым уничтожить однотипный массив зелени...”
"...предлагал безотлагательно приступить к маскировке Московского Кремля и прилегающих к нему территорий. В документе предполагалось:
— затруднить противнику при подлёте отыскание Кремля на фоне города Москвы;
— уменьшить возможность прицельного бомбометания с пикированием по отдельным зданиям Кремля.
К записке прилагался проект плана маскировки Московского Кремля, подготовленный группой академика архитектуры Бориса Иофана. Хотя представленный план был утверждён только 14 июля 1941 года, фактически к работам приступили ещё 28 июня, а закончили их к 1 августа. Маскировку Кремля проводило УКМ, прилегающих территорий и зданий (Красная площадь, ГУМ, Манеж) — Моссовет и соответствующие ведомства, занимавшие здания. План маскировки Московского Кремля предусматривал два варианта действий. Первый вариант — плоскостная имитация: в основном перекраска крыш и открытых фасадов всех кремлёвских зданий и стен для создания на них перспективного вида городских зданий, что стало немедленно реализовываться. Кремлёвские звёзды выключили (впоследствии их закрыли деревянными щитами), замаскировали позолоченные купола при помощи декоративных мероприятий, сняли кресты. Была проведена имитационная окраска и присыпка городских кварталов на Манежной и Красной площади, на Ивановской площади в Кремле. Перекрашены фасады дома № 2 Наркомата обороны и ГУМа. Второй вариант действий предусматривал проведение объёмной имитации. Чтобы дезориентировать противника, выстраивались ложные городские кварталы с комбинацией различных макетов по типу городских зданий: в Александровском саду (по наружному контуру), на территории Красной площади, Тайницкого сада и откоса, Большого сквера в Кремле. Над Мавзолеем возвели макет городского здания, примыкающего к кремлёвскому корпусу № 1. Часть Тайницкого сада и трибуны Мавзолея перекрыли подвешенными полотнищами, раскрашенными под крыши зданий. ..."
Заключение по осмотру маскировки Московского Кремля с самолёта.
Не ранее 29 июля 1941 г.
Сов. секретно
Осмотр произведён 29 июля с. г. в период с 15.00 до 15.35 с самолёта «Дуглас». Высота наблюдения 1.000 метров. Наблюдение произведено плановое и перспективное со всех сторон под различными углами. Облачность несплошная; высота облаков более 1.500 м.
Наблюдатели: майор государственной безопасности тов. Шпигов, тов. Федоровский и майор тов. Баданин.
1. Окраска Кремлёвских стен и фасадов кремлёвских зданий под перспективу города даёт положительные результаты. Немаскированные здания (корпус № 1, Большой Кремлёвский дворец, Иван Великий и пр.) резко выделяются большими ярко окрашенными массивами и подлежат обязательной перекраске (по принятому проекту).
2. Окраска площадей, расположенных вокруг Кремля, под фон городских зданий даёт положительные результаты при плановом наблюдении и при перспективном свыше 45°. При наблюдении под меньшими углами поверхности площадей не видны (они закрыты рядом расположенных высоких зданий), но отсутствие объёмных форм на площадях отделяет кремлёвские стены от городских зданий, окаймляющих площади. Это явление возможно только на низких высотах; при наблюдении с боевых высот оно практического значения не имеет, т. к. угол наблюдения значительно увеличится.
Учитывая эффективность окраски площадей, следует расписать пл. Моссовета, Пушкинскую площадь и среднюю часть ул. Горького от Моссовета до Манежной пл. (с задачей показать окончание Горьковской магистрали у пл. Моссовета), т. к. они могут служить ориентирами на подходах к Кремлю.
3. Резко демаскирует Кремль при подходе с северо-запада Александровский сад, который необходимо застроить макетами, разрезать дорогами и тем самым уничтожить однотипный массив зелени.
4. Крупнейшим ориентиром Кремля является стрелка и обводный канал; их демаскирующее значение необходимо уничтожить. Необходимо также закрасить в чёрный цвет надводные части 3-х мостов, т. к. они выявляются крупными белыми прямоугольниками, облегчающими отыскание Кремля в ночное время. Статуя женщины, установленная над зданием по ул. Горького, заметна с воздуха, и т. к. других подобных статуй в городе нет, то по ней легко опознать ул. Горького, а по последней установить местоположение Кремля. Статую необходимо снять.
5. Кровли макетов, установленных по склону Тайницкого сада, с высоты 1.000 метров отличаются от кровель действительных зданий по качеству фактуры (иное отражение света); возможно, что с больших высот макеты будут более приближаться к действительности. Необходимо воздушным наблюдением проверить с высоты 2-3 тысячи метров как эти макеты, так и макеты, изготовленные из окрашенного полотна.
Шпигов, Федоровский, Баданин
ЦА ФСБ РФ, ф.17, on. 25, д. 10, л. 216-216 об. Подлинник.
четверг, мая 07, 2015
Unknown
