среда, октября 28, 2015
Unknown
«Весь хутор как парализованный ходит». Тело погибшего в Сирии контрактника передали родным.
Родственники и односельчане погибшего в Сирии контрактника не верят в официальную версию смерти, указывая на странные травмы
Тело Вадима Костенко, погибшего в Сирии, доставлено из Ростова в кубанский хутор Гречаная Балка. Маленький поселок, внезапно попавший в федеральные новости, не может оправиться от шока. Дом Костенко на улице Советской стал местом паломничества местных жителей, которые отказываются верить в официальную версию о повешении. Опровергают эту версию и слова одного из родственников погибшего солдата. Представители же воинской части от комментариев отказались.
«Уходите отсюда», – требует женщина с черной повязкой на голове. Следом за ней со двора показывается мужчина, оглядывающий меня недоверчиво и внимательно. Представляется как дядя Вадима Костенко. «Да какое там «повесился», – вздыхает он в ответ на мой вопрос. – У него челюсть сломана, а сзади голова пробита. И шея сломана. И разрезан весь до пупа». Заметив в моих руках смартфон, резко отходит в сторону. Больше из родственников говорить не хочет никто. И это не агрессия, а, скорее, испуг.
О погибшем в Сирии российском военном еще 23 октября написала газета The Wall Street Journal. Как сказано в статье, источник в российском Минобороны назвал причиной неосторожное обращение с оружием. Но сейчас министерство выдало российским СМИ официальную версию: «Военнослужащий-контрактник, проходивший службу на авиабазе Хмеймим в качестве технического специалиста, покончил с собой во время отдыха после дежурства».
В местной аптеке знакомлюсь с Татьяной, которая, как говорят, хорошо знала Вадима. Спрашиваю ее про повешение. «Это все обман. Пытаются скрыть правду, – уверена Татьяна. – То, что говорят по радио и по телевизору – это все неправда. Это был человек очень хороший, спокойный, воспитанный, из хорошей семьи».
Татьяна рассказывает и о слухах, которые ходят в районе: якобы в летную воинскую часть, которая находится недалеко, в Приморско-Ахтарске и где служил Вадим, привезли еще два гроба с погибшими в Сирии. Якобы есть и другие… Секретность и ложь, которыми весь последний год были опутаны события на востоке Украины, породили неверие государству. И сейчас это сказывается на сирийской теме.
У дома Костенко появляются два молодых парня в кожаных крутках. Кажется, друзья или одноклассники. Разговаривать не хотят: «Никто ничего не знает». Неподалеку тихо совещаются шесть человек в летной военной форме. Во всем хуторе, кажется, ни одного фонаря, и лиц не различить. На просьбу поговорить военные садятся в свои автомобили и громко хлопают дверьми. Одна машина из 68 региона, Тамбовская область
В Гречаной Балке всего пара улиц. В хозяйственном магазинчике знакомлюсь с Натальей Фрицкун. «Хороший парень, уважительный очень, всегда здоровался, – говорит женщина про погибшего. – Сейчас как будто атомная бомба упала на гречан. Весь хутор как парализованный ходит». В версию повешения она тоже не верит.
Соседка Вадима Костенко, Екатерина, работает в продуктовом магазине. «У него и девушки не было. Из-за какой бы он девушки повесился?», – недоумевает Екатерина. Впрочем, тут надо разобраться. На странице Вадима «В контакте» девушка несколько раз встречается на фотографиях. И в каждом таком посте присутствует слово «любимая».
Из разговоров с односельчанами Вадима удалось выяснить, что в день смерти он звонил родителям в 16 часов. А в интернете в тот день был «до половины шестого или до семи вечера». Проверить это пока невозможно.
В школе Вадим Костенко учился на «отлично». В этой школе его мама и сейчас работает учительницей. Отец работает на местной автозаправке, и вообще семья числится среди интеллигентных и благополучных. Говорят, возможность «откосить» от армии у Вадима была, но он решил служить. Как указывает РБК, срочную он проходил в воинской части 20926, расположенной в Зернограде Ростовской области. Это 834-ый учебный центр ВВС. А вскоре после дембеля подписал контракт с частью № 75387, которая находится в кубанском городе Приморско-Ахтарске. Там находится штурмовой авиаполк № 960.
Пролистывая его страничку «В контакте», чувствуешь человека тонкого и думающего. «Если бы в своё время я не принял решение пойти добровольно в военкомат, дабы отдать долг Родине, а закосил, то моя жизнь развивалась бы абсолютно по другому сценарию, – писал Вадим 26 марта. – Да, здесь не так сладко живётся, как мы к этому привыкли, будучи гражданскими людьми. Да, здесь человека ломают и пытаются сотворить из него нечто новое. Но я, со всей ответственностью Вам заявляю – это должен пройти каждый. Как бы мне тяжко не приходилось, я не пожалел ни разу о том, что пошёл в армию».
«Весь хутор как парализованный ходит». Тело погибшего в Сирии контрактника передали родным.
Родственники и односельчане погибшего в Сирии контрактника не верят в официальную версию смерти, указывая на странные травмы
Тело Вадима Костенко, погибшего в Сирии, доставлено из Ростова в кубанский хутор Гречаная Балка. Маленький поселок, внезапно попавший в федеральные новости, не может оправиться от шока. Дом Костенко на улице Советской стал местом паломничества местных жителей, которые отказываются верить в официальную версию о повешении. Опровергают эту версию и слова одного из родственников погибшего солдата. Представители же воинской части от комментариев отказались.
«Уходите отсюда», – требует женщина с черной повязкой на голове. Следом за ней со двора показывается мужчина, оглядывающий меня недоверчиво и внимательно. Представляется как дядя Вадима Костенко. «Да какое там «повесился», – вздыхает он в ответ на мой вопрос. – У него челюсть сломана, а сзади голова пробита. И шея сломана. И разрезан весь до пупа». Заметив в моих руках смартфон, резко отходит в сторону. Больше из родственников говорить не хочет никто. И это не агрессия, а, скорее, испуг.
О погибшем в Сирии российском военном еще 23 октября написала газета The Wall Street Journal. Как сказано в статье, источник в российском Минобороны назвал причиной неосторожное обращение с оружием. Но сейчас министерство выдало российским СМИ официальную версию: «Военнослужащий-контрактник, проходивший службу на авиабазе Хмеймим в качестве технического специалиста, покончил с собой во время отдыха после дежурства».
В местной аптеке знакомлюсь с Татьяной, которая, как говорят, хорошо знала Вадима. Спрашиваю ее про повешение. «Это все обман. Пытаются скрыть правду, – уверена Татьяна. – То, что говорят по радио и по телевизору – это все неправда. Это был человек очень хороший, спокойный, воспитанный, из хорошей семьи».
Татьяна рассказывает и о слухах, которые ходят в районе: якобы в летную воинскую часть, которая находится недалеко, в Приморско-Ахтарске и где служил Вадим, привезли еще два гроба с погибшими в Сирии. Якобы есть и другие… Секретность и ложь, которыми весь последний год были опутаны события на востоке Украины, породили неверие государству. И сейчас это сказывается на сирийской теме.
У дома Костенко появляются два молодых парня в кожаных крутках. Кажется, друзья или одноклассники. Разговаривать не хотят: «Никто ничего не знает». Неподалеку тихо совещаются шесть человек в летной военной форме. Во всем хуторе, кажется, ни одного фонаря, и лиц не различить. На просьбу поговорить военные садятся в свои автомобили и громко хлопают дверьми. Одна машина из 68 региона, Тамбовская область
В Гречаной Балке всего пара улиц. В хозяйственном магазинчике знакомлюсь с Натальей Фрицкун. «Хороший парень, уважительный очень, всегда здоровался, – говорит женщина про погибшего. – Сейчас как будто атомная бомба упала на гречан. Весь хутор как парализованный ходит». В версию повешения она тоже не верит.
Соседка Вадима Костенко, Екатерина, работает в продуктовом магазине. «У него и девушки не было. Из-за какой бы он девушки повесился?», – недоумевает Екатерина. Впрочем, тут надо разобраться. На странице Вадима «В контакте» девушка несколько раз встречается на фотографиях. И в каждом таком посте присутствует слово «любимая».
Из разговоров с односельчанами Вадима удалось выяснить, что в день смерти он звонил родителям в 16 часов. А в интернете в тот день был «до половины шестого или до семи вечера». Проверить это пока невозможно.
В школе Вадим Костенко учился на «отлично». В этой школе его мама и сейчас работает учительницей. Отец работает на местной автозаправке, и вообще семья числится среди интеллигентных и благополучных. Говорят, возможность «откосить» от армии у Вадима была, но он решил служить. Как указывает РБК, срочную он проходил в воинской части 20926, расположенной в Зернограде Ростовской области. Это 834-ый учебный центр ВВС. А вскоре после дембеля подписал контракт с частью № 75387, которая находится в кубанском городе Приморско-Ахтарске. Там находится штурмовой авиаполк № 960.
Пролистывая его страничку «В контакте», чувствуешь человека тонкого и думающего. «Если бы в своё время я не принял решение пойти добровольно в военкомат, дабы отдать долг Родине, а закосил, то моя жизнь развивалась бы абсолютно по другому сценарию, – писал Вадим 26 марта. – Да, здесь не так сладко живётся, как мы к этому привыкли, будучи гражданскими людьми. Да, здесь человека ломают и пытаются сотворить из него нечто новое. Но я, со всей ответственностью Вам заявляю – это должен пройти каждый. Как бы мне тяжко не приходилось, я не пожалел ни разу о том, что пошёл в армию».
