воскресенье, ноября 06, 2011
Unknown
| A+ A- |
В 2006 году профессор Джонатан Зиттрейн с юридического факультета Гарварда предсказал,
что в ближайшие десять лет будет усиливаться тенденция вытеснения
персонального компьютера новым поколением «информационных приборов». Как
выясняется, он был абсолютно прав. Однако что он не смог предсказать,
так это кто именно будет стоять в авангарде этого процесса. И
действительно, как можно было предположить, что войну с персональным
компьютером возглавит та же компания, которая и создала его, – Apple
Inc.?Об iPad можно сказать много разных и интересных вещей. iPad может спасти издательство, телевидение и журналистику. Он может отнять у Sony и Microsoft лидерство в компьютерных играх. А еще он может снова повергнуть американцев в то диванно-вегетативное состояние, в котором они пребывали в 1950-х годах. Однако самое интересное в этой истории – это сама Apple. Это то, насколько концепция iPad восстает против истории Apple и наследия ее сооснователя Стива Возняка.
Apple как компанию характеризует раздвоение личности. С одной стороны, она хочет вершить революции, с другой, она тесно сотрудничает с силами истеблишмента: развлекательными конгломератами и телекоммуникационной индустрией. Чтобы понять природу этого противоречия, нужно вспомнить истоки Apple. Вернемся в 1971 год, когда бородатый студент колледжа в толстых очках Стив Возняк буквально жил дома у Стива Джобса, который тогда заканчивал школу. Двое молодых энтузиастов электроники уже больше года возились со странным прибором, и вот наконец наступил момент истины: будущие основатели Apple умудрились взломать коммуникационную сеть AT&T. Так было изобретено устройство под названием Blue Box, позволяющее бесплатно совершать телефонные звонки на далекое расстояние. Другими словами, их восхождение началось с обмана той самой фирмы, которая сегодня является одним из самых важных бизнес-партнеров Apple.
Этот дух войны с истеблишментом, заложенный в основу Blue Box, до сих пор работает на имидж иконоборчества, ниспровержения авторитетов, который давно культивирует Apple и Стив Джобс. Этот дух возник в 1970-х годах, когда изобретатели осознанно позиционировали себя как носителей контркультуры. Они оба носили длинные волосы и выступали против войны во Вьетнаме. Неисправимый шутник Возняк создал нелегальную службу шуток по телефону, Джобс ездил в Индию в поисках гуру.
Но самое главное в истории Apple все-таки в другом, и это уже не столь очевидно. С самого начала Джобс и Возняк смотрели на вещи по-разному. Они никогда не были одинаково продвинуты технически: Blue Box создан не Джобс, а Возняк. Именно Возняк позже придумал и создал персональный компьютер Apple и Apple II, который безоговорочно можно назвать главным продуктом Apple за всю ее историю и, быть может, одним из самых важных изобретений 20-го века. Джобс был бизнесменом и специалистом по заключению сделок, что тоже важно, но гением, человеком, чьи идеи воплощались в кремнии и изменяли мир, был именно Возняк.
Под руководством Возняка Apple превратила персональные компьютеры из диковинного развлечения энтузиастов в культурный феномен, который изменил не только мир компьютеров, но коммуникации, развлечения, бизнес – одним словом, всю продуктивную сферу американской жизни. И по ходу этого процесса идеология открытости, которой Возняк всегда придерживался, стала идеологией Америки в целом. Конечно, эта идея возникла не в Apple, она существовала как минимум с 1960-х годов, с появления идеи о симбиозе человека и компьютера. К 1970-м годам это была уже официальная идеология любительских клубов, таких как клуб «Хоумбрю», где в 1976 году Возняк впервые публично продемонстрировал Apple I.
Конструкторские идеи Возняка были открытыми и децентрализованными, и эти идеи до сих пор определяют облик компьютерной индустрии. У первого Apple была крышка: пользователь мог открыть компьютер, как капот автомобиля, и повозиться с его начинкой. Хотя в целом это было законченное устройство, а не конструктор, как ранние модели PC, пользователей Apple поощряли изучать устройство компьютера Возняка – что-то улучшить, ускорить, добавить и т. д. Там были разные слоты для периферийных устройств, поддерживалось много самого разного ПО. Возняк был настолько привержен этике открытости, что даже все спецификации были полностью открыты. В 2006 году, выступая в Колумбийском университете, он сказал: «Вы знали все, что знали мы». Наверное, не стоит напоминать, что сегодня это уже не является официальной политикой Apple.
Возможно,
не всем импонирует идея о полностью видоизменяемом компьютере, но
Возняк исповедовал практически духовное родство между человеком и
машиной. Он считал, что компьютер должен быть полностью подконтролен
своему владельцу, что главный ресурс и мощь машины заключены именно в
пользователе. Это не просто технарская мания, здесь заложена более
глубокая идея – недоверие к централизованному контролю и воплощенная в
кремнии убежденность, что компьютер является инструментом свободы.В 2006 году, когда Возняк выступал в Колумбийском университете, я спросил его, что же случилось с Mac.
– Apple II можно было открыть, там были слоты и все такое, кто угодно мог писать для него программы, – сказал я. – Mac был уже гораздо более закрытым. Что случилось?
– О, это идея Стива, это он так захотел, – ответил Возняк.
Ранняя история Apple – это на сто процентов Стив Возняк, но Mac, iPod, iPhone и iPad – это уже детища другого создателя этой компании. Идеи Стива Джобса всегда конфликтовали с идеалистическими воззрениями Возняка, лежащими в основе Apple. Первоначально Джобс разделял ранний имидж контркультуры, который они создали вместе, но начиная с Macintosh 1980-х годов он постепенно переводил Apple на принципиально иные рельсы, практически полностью противоположные взглядам Возняка. Кульминацией этого процесса и являются iPhone и iPad.
Идеал Джобса – это совершенство в противоположность хаосу. Этот человек одинаково хорошо проявил бы себя в викторианской Англии и за прилавком суши-бара, потому что он верит, что у каждой задачи есть идеальное решение, и это решение только одно. И речь здесь не только о функциональности, важную роль также играет определенная философия эстетики — вот почему продукты Apple не просто хорошо работают, но и хорошо выглядят. Между тем эти идеи были несовместимы с принципами, вокруг которых была построена ранняя компьютерная индустрия, которые легли в основу Apple II и Интернета. Идеологии совершенного устройства и открытого устройства противоположны друг другу по своей сути. Они просто не могут сосуществовать.
Как рассказал мне Возняк в 2006 году, первым звоночком был Macintosh, выпущенный в 1984 году. Это был первый отход от многих его идей, заложенных в Apple II. Безусловно, Macintosh был по-своему революционным устройством, это был первый массовый компьютер с «мышкой» и «рабочим столом». Эти идеи выносил еще Дуглас Энгельбарт в 1960-х годах, но много лет они ждали своей реализации. Однако Mac стал радикальным и бесповоротным уходом от открытости Возняка, и это было очевидно уже при первом взгляде на него: у компьютера не было крышки. Его уже нельзя было быстро открыть и посмотреть, что внутри. Только сотрудники, работающие в Apple либо сертифицированные Apple, могли писать для него программы и создавать периферийные устройства. Таким образом, Apple стала конечным арбитром, определяющим, чем Macintosh является и чем не является. Точно так же AT&T в свое время единолично определяла, кто мог и кто не мог подключаться к ее телефонной сети.
Стив Джобс представляет iPad
Конечно, многим все это совершенно неважно, потому что iPad – это удобный инструмент получения качественного контента от его профессиональных производителей. И даже если iPad не умеет делать всего, что умеет компьютер, он все равно делает в основном все, что нужно. iPad создан для потребителей, а не пользователей, что ставит его гораздо ближе к телевизору, чем к персональному компьютеру. Он просто не предназначен для компьютерного клуба «Хоумбрю» – для технарей, энтузиастов и творцов.
Posted in: 
